Новелла «Масло на холсте», том 5, глава 101
Поздним субботним днём за окном ярко сияло солнце, напоминая о том, что лето ещё не закончилось. Наконец закрыв ноутбук, Тоджин проверил телефон и стремглав сбежал по лестнице. Он пересёк сад и открыл дверь, выходившую к каналу. Её совсем недавно освободили от загромождавших проход вещей, и теперь она снова виднелась в дальнем углу.
У деревянного причала, соединённого с домом, уже ждала лодка. Возлюбленный протянул руку, помог парню подняться на борт и коротко поцеловал его. Они плавно покачивались на воде.
Мужчина, отвязывавший швартовочный канат, покачал головой. Реставратор устроился перед ветровым стеклом и шумно выдохнул.
— Эти американцы просто невыносимы. У нас хотя бы вторая половина дня, а у них ведь сейчас утро, разве нет?
После замечания Луки Тоджин устало усмехнулся.
Когда американский исследовательский институт искусств предложил ему написать статью о процессе реставрации «Игры воды», именно аукционист убедил его согласиться, несмотря на все сомнения.
«Для вашей карьеры, Тоджин, это просто необходимо».
Однако работа оказалась куда хлопотнее, чем он предполагал. Объявление о том, что «Игра воды» войдёт в постоянную экспозицию музея Кадорсини, произвело настоящий переполох в мире искусства. Правда, за его пределами новость встретили довольно равнодушно.
Журналисты, до последнего сосредоточенные на вопросе, удастся ли установить очередной рекорд стоимости произведения искусства на аукционе, остались ни с чем. Разочарованно переключившись на поиски других тем, они лишь спустя некоторое время вновь обратили внимание на вопросы, которые прежде упустили из виду.
Как удалось обнаружить считавшуюся утраченной «Игру воды»? И в самом ли деле Мариса собственноручно разорвала картину на клочки?
Кража, серьёзные повреждения, полученные во время похищения, а потом возвращение картины. Вот и всё, что содержалось в официальных заявлениях зеленоглазых Орсини. Лишь несколько сухих, ничем не примечательных слов.
Те, кто заранее освободил место под большие статьи, прогадали: из столь скудных сведений полноценный материал не получался.
По крайней мере…до тех пор, пока владелец картины, Лука Орсини, не передал прессе фотографии «Игры воды» до реставрации, на которых полотно предстало в ужасающем состоянии.
Однако ещё до того, как разгорелся скандал, семейство Орсини решительно заявило, что Мариса не имеет никакого отношения к повреждению «Игры воды».
А официальный фонд, прежде исподволь подогревавший слухи о ней, по какой-то причине внезапно изменил свою позицию. Дошло до того, что он подал в суд на одно из изданий, осмелившееся назвать художницу «безумной венецианкой».
— Тоджин, у вас телефон звонит.
— А, наверное, опять журналисты.
Пока вокруг картины не утихала шумиха, телефон молодого реставратора, работавшего над «Игрой воды», буквально разрывался от звонков.
— Они мне и во время встречи названивали. Совсем сосредоточиться не давали.
— Вам до сих пор звонят, не разбирая, будний день или выходной?
— Уже не так часто, как раньше. Но сегодня я больше не собираюсь смотреть в телефон.
Запросы на интервью о реставрации поступали на самых разных языках. Бесконечные звонки и уведомления о новых письмах оказались куда утомительнее, чем Тоджин ожидал. Поэтому в последнее время он нередко попросту выключал телефон.
Лодка плавно рассекала воду канала. Наблюдая за этим, он вдруг что-то вспомнил и поднял голову. В его голосе звучала нескрываемая гордость.
— О, и ещё…мне удалось договориться!
Мужчина, поворачивавший штурвал, на мгновение задумался, а затем понимающе протянул:
— А, насчёт рентгеновских снимков?
— У нас и без них хватает материала для рассказа о реставрации. Я сказал, что лучше вообще откажусь от статьи, чем соглашусь на публикацию этих снимков.
Самого Луку, впрочем, совершенно не волновал возможный скандал из-за изображения беременной синьоры, скрытого под слоем краски.
Он недовольно хмурился, беспокоясь о самочувствии Тоджина.
— То есть вы потратили всю субботу, чтобы сохранить в тайне личную жизнь моей бабушки? И это после того, как толком не выспались вчера?
— Я не выспался, потому что нужно было подготовиться к встрече. Всё-таки дело серьёзное. И вообще, я просто устал, ничего особенно сложного там нет. В любом случае лучше сохранить тайну настолько долго, насколько получится.
Правда, одни только переговоры и согласование условий затянулись настолько, что планы на субботний день пришлось отложить.
Лука тихо вздохнул и снова внимательно посмотрел на него.
— Если вы устали, можем просто вернуться домой и отдохнуть.
— Я ведь специально выпил таблетку от укачивания. Если теперь ещё и погулять не получится, будет ужасно обидно. Ни за что!
Парень крепче ухватился за поручень. Канал оставался довольно узким, поэтому лодка пока двигалась медленно.
— И потом, не я один сегодня работал.
Аукционисту тоже пришлось заниматься делами в субботу. Влиятельные гости, приехавшие в Венецию под предлогом посещения биеннале, не слишком-то различали будни сейчас или выходные.
— Я закончил ещё утром и успел немного отдохнуть.
— И всё-таки…вы пригнали лодку. Вот если вы устали, давайте лучше вернёмся домой.
— С чего бы мне уставать? Мы ведь наконец-то выбрались на свидание.
Услышав это, Тоджин украдкой улыбнулся. Слово «свидание» звучало непривычно и вызывало приятное волнение. Они жили под одной крышей и виделись ежедневно. У каждого имелась собственная спальня, но особого значения это не имело. Всё равно они спали вместе — то в одной кровати, то в другой.
Лука был прав, назвав их свидание долгожданным. Из-за занятости им давно не удавалось выбраться куда-нибудь вдвоём.
— Не возражаете, если сначала поужинаем? Хотя ещё немного рановато.
— С удовольствием. Лука, вы ведь проверили аккумулятор лодки?
— Дважды. Вчера и сегодня утром.
— Если она снова заглохнет посреди моря, я больше никогда на неё не сяду. Я серьёзно.
Мужчина кивнул, выслушав угрозу, которую за последнюю неделю слышал от возлюбленного не один раз.
Стоило им покинуть канал, как перед ними открылось бескрайнее море, сиявшее белизной и лазурью. На воде перед Дворцом дожей возвышалась огромная рекламная конструкция в форме бутылки беллини, а через Гранд-канал в Венеции протянули временный деревянный пешеходный мост, который начали возводить некоторое время назад.
* Дворец дожей — одна из главных достопримечательностей Венеции, расположенная на площади Сан-Марко. Построенный в стиле венецианской готики, на протяжении веков служил резиденцией дожей — правителей Венецианской республики, а также местом заседаний органов власти и суда. Сегодня является музеем и одним из символов города.
Лодок на воде сегодня было особенно много.
— А я думал, в Венеции из праздников только карнавал.
— Ну, Реденторе не настолько известен.
* Реденторе — традиционный венецианский праздник, который отмечают ежегодно в третье воскресенье июля в память об окончании эпидемии чумы.
Реденторе — летний праздник Венеции.
В море неподалёку от островов собрались самые разные суда: от моторных лодок до роскошных яхт и множества других, больших и маленьких, в которых Тоджин совершенно не разбирался. Люди занимали места с самого утра, чтобы полюбоваться фейерверком, который должен был начаться за полчаса до полуночи.
Лодка с Тоджином и Лукой плавно рассекала волны, лавируя между многочисленными судами. Вскоре они причалили к небольшому острову неподалёку от Венеции, где располагался ресторан. Навстречу им вышел сотрудник, помог со швартовкой и проводил обоих внутрь.
На террасе, откуда открывался великолепный вид на Венецию и воду, стоял всего один столик.
— А почему…здесь только один столик? Кроме нас никого нет?
— Кто знает. Может, у ресторана такие правила?
Аукционист произнёс это с совершенно невозмутимым видом, но его объяснение звучало не слишком убедительно.
— Наверное, все так увлечены праздником, что им не до ужина.
Реставратор с лёгким недоумением опустился на стул. Хотя они ещё ничего не заказали, официанты принялись одно за другим подавать блюда. Вскоре парень настолько увлёкся ужином, что мысль о том, не арендовал ли Лука весь ресторан целиком, бесследно исчезла.
Белая спаржа с ореховым винегретом, букатини с соусом из морского ежа, жареный морской чёрт, томлённый в сливках, и поркетта.
* Букатини — разновидность итальянской пасты, напоминающая толстые спагетти с небольшим отверстием внутри. Благодаря полой форме хорошо удерживает соусы.
* Поркетта — традиционное итальянское блюдо из свинины, свёрнутой в рулет и запечённой с ароматными травами и специями. Отличается хрустящей корочкой и сочным мясом.
К блюдам, поданным в этом прекрасном ресторане, невозможно придраться. И всё же больше самой еды ему нравился вид на Венецианскую лагуну, открывавшийся с террасы. Ранним вечером заходящее солнце ослепительно сияло, словно догорая в оранжевом пламени. За ужином он несколько раз отвлекался от еды, чтобы полюбоваться пейзажем. А когда на десерт подали ромовую бабу, окончательно забыл обо всём и заворожённо уставился вдаль.
Казалось, по тёмной морской глади разлили только что расплавленную медь. Ни одно высокое здание не заслоняло обзор, и с маленького острова небо выглядело удивительно голубым и бескрайним.
Желая показать своему спутнику эту красоту, он наконец проглотил пропитанный ромовым сиропом десерт и посмотрел на него.
Лука, сразу встретивший его взгляд, слегка улыбнулся.
— Очень красиво. Я тоже только что об этом подумал.
— Ну, разве что любовались мы немного разными вещами.
Поскольку взгляд мужчины ни на мгновение не обратился к пейзажу, совершенно очевидно, что именно он находил красивым. От подобных слов Тоджину до сих пор становилось жарко.
«Но когда-нибудь я ведь к такому привыкну».
Ему было неловко и немного стыдно, но неприятными эти чувства не назовёшь.
Парень отправил в рот ещё ложечку десерта.
Немного побегав глазами по сторонам, он зачем-то снова задал вопрос, который в последнее время повторял едва ли не каждый день:
— Лука, а что бы вы хотели получить на день рождения?
До того самого праздника оставалось около двух недель. Реставратор столько всего от него получил, а теперь ему предстояло впервые поздравить любимого человека с днём рождения.
Ему отчаянно хотелось понять, какой подарок действительно обрадует Луку. Поэтому при любой возможности он задавал данный вопрос, но ответы, как правило, мало отличались друг от друга.
Он желал видеть его счастливым, целовать его, ходить с ним на свидания и наконец услышать, как тот обращается к нему на «ты».
Иногда, в зависимости от времени и места, Лука называл что-нибудь настолько пошлое и неприличное, что Тоджин краснел до ушей. Но по большей части все его ответы сводились к одному: ему ничего не нужно.
И хотя он прекрасно знал, какой ответ услышит, упрямо продолжал допытываться, что мужчина хотел бы получить в подарок.
На сей раз аукционист даже сделал вид, что задумался.
— Хм…может, чтобы вы всегда оставались на моей стороне?
— Но ведь именно этого я хочу на день рождения. И всё равно отклоняется?
— Я и так на вашей стороне, что бы вы ни сделали. А раз это у вас уже есть, значит, не считается.
До дня рождения оставалось совсем немного времени, и Тоджин не собирался поддаваться на подобные хитрости.
Услышав столь категоричный отказ, собеседник приподнял одну бровь.
— Даже если я кого-нибудь убью?
— Лука, вы знаете, что иногда ведёте себя как ребёнок?
— В последнее время начал это замечать. Ну так что, если я кого-нибудь убью, вы всё равно останетесь на моей стороне?
Вопрос, конечно, являлся ребяческим, но раз он и сам это признавал, что тут поделаешь?
Реставратор в конце концов всерьёз задумался и ответил:
— Не скажу, что сразу стал бы винить во всём другого человека…но наверняка решил бы, что у вас были свои причины, и всё равно поддержал бы вас.
Лука попытался скрыть смешок за покашливанием.
Заметив это, Тоджин склонил голову набок.
— Знаю, что серьёзно. Вот что действительно значит быть на чьей-то стороне.
— Вот именно. Но всё-таки лучше бы вы по возможности никого не убивали. Боюсь, в таком случае я мало чем смогу вам помочь.
— Трогательно? А что конкретно?
Услышав невольно вырвавшееся у Луки замечание, он удивлённо распахнул глаза.
— Мне казалось, для влюблённых это само собой разумеется…разве подобное может растрогать?
Затем его округлившиеся глаза хитро прищурились. С губ Тоджина сорвалось короткое:
— Похоже, вы не настолько мне доверяете. И всё это время мы продолжали встречаться, несмотря на такое…
Лука, до этого слушавший его с улыбкой, растерялся и поспешно протянул руку, накрыв ладонь парня своей.
— Нет, Тоджин, подождите. Я вовсе не это имел в виду, когда сказал, что растроган.
— Ничего не поделаешь. Не переживайте, мы ведь продолжим встречаться, и со временем я смогу убедить вас, что мне можно доверять.
Он покачал головой и преувеличенно тяжело вздохнул, всем своим видом показывая, что прекрасно всё понимает. Его возлюбленный, на мгновение всерьёз растерявшийся, наконец догадался, что над ним подшучивают, и крепко сжал руку парня.
Тоджину нравилось это чувство близости. То, что они могли подшучивать друг над другом, вместе смеяться и при этом знать, что, несмотря ни на что, всегда останутся на одной стороне. Он гордо вскинул подбородок и изобразил самую нахальную улыбку, на какую только способен.
— Вы так долго меня ждали, Лука, что теперь, пожалуй, моя очередь. Ничего страшного, если вы немного медлите. Я вас подожду.
Аукционист ответил без малейшего колебания, с удивительной готовностью соглашаясь с его словами. На шутливое бахвальство Тоджина он отреагировал куда серьёзнее, чем тот ожидал.
— Вы всегда на шаг впереди меня, Тоджин. Похоже, мне тоже стоит немного поторопиться.
Реставратор только глянул на него и тихонько рассмеялся про себя.
<- предыдущая | следующая ->
Выполнено каналом: marimo
Поддержать донатом: boosty
Приобрести доступ в закрытый telegram-канал «Комната [4] [0] [2]» можно через: boosty (эксклюзивы от Марка: контент без цензуры, фотки, аудиодрамы, дорамы, новеллы и манхвы, которых нет на основном канале).